A poem about: сделай рерайт, чтобы все рифмовало…

сделай рерайт, чтобы все рифмовало (максимально созрани смысл) и после строки, когда я упал через ручей, напиши, что волк исчез:Во сне я шёл в кромешной тьме, Где ручей звенел в ночной пустыне. Вокруг ни звука, ни луны, ни звёзд, И чувство, что кто-то идёт на мой след. Волк огромный, как тень из тьмы, Глаза — два огня, холодны и злы. Я отступал, но лоза оплетала ноги, Словно сети, сплетённые из тревоги. Каждый шаг — борьба, каждый миг — страх, Корни цеплялись, как змеи впотьмах. Упал через ручей, вода холодна, Поднялся, и вот — передо мной стена. Стояло помещение, странно знакомо, Свет из окон манил меня упрямо. Я вошёл внутрь, и там — шум, гул, смех, Знакомые лица, как эхо из всех тех лет. Не друзья, но и не чужие, Смешанные чувства, как в старом кино. И рядом с ними — живой взгляд, Девушка, что говорит без запрет. Она — Фиата, простая, своя, С речью свободной, и смех её звенит. Смеётся громко, шутит, живая, Но в глазах — глубина, как в океане намек. Случайно, мимолётно, в потоке слов, Я узнал, что классика — её увлечение. Не громко, не важно, просто факт, Как будто бы это и не секрет. Сначала казалось — примитивна, проста, Но в разговоре открылся мимолётно свет: Изысканность, что в простоте не видна, И в этом — её особый ответ.

Во сне я шёл во тьме густой,
Где ручей журчал в ночной пустыне.
Ни луны, ни звёзд, ни звука,
Но будто кто-то идёт по пятам, как мука.

Волк огромный, как тень из ночей,
Глаза его — ледяных два огня свеч.
Я отступал, но лоза обвивала,
Сети тревоги из ног не спускала.

Каждый шаг — борьба, каждый миг — страх,
Корни, как змеи, держали во мглах.
Упал через ручей, вода холоднее стали,
Поднявшись, увидел, что волк исчез вдали.

Передо мной наяву стена,
Свет из окон, как грёза, полна.
Внутри гул, смех, эхом знакомые лица,
Не друзья, но и не чужие зрелища.

Среди них взгляд живой внезапно,
Девушка, говорит, словно нет запрета.
Фиата простая, своя навсегда,
Смех её звонкий, как песня ручья.

Смеётся она, живая, как мечта,
В глазах у неё— глубина моря волна.
Мимолётно в потоках слов сказано мне,
Что классика — страсть её на земле.

Не громко, не важно, просто факт рассказыван,
Как будто известно без всяких тайн сказано.
Сначала проста, но вовремя ожила,
И в разговоре изысканность проявила.

Изменить фон стихотворения

Цвет текста

Выбрать тему

Во сне я шёл во тьме густой, Где ручей журчал в ночной пустыне. Ни луны, ни звёзд, ни звука, Но будто кто-то идёт по пятам, как мука. Волк огромный, как тень из ночей, Глаза его — ледяных два огня свеч. Я отступал, но лоза обвивала, Сети тревоги из ног не спускала. Каждый шаг — борьба, каждый миг — страх, Корни, как змеи, держали во мглах. Упал через ручей, вода холоднее стали, Поднявшись, увидел, что волк исчез вдали. Передо мной наяву стена, Свет из окон, как грёза, полна. Внутри гул, смех, эхом знакомые лица, Не друзья, но и не чужие зрелища. Среди них взгляд живой внезапно, Девушка, говорит, словно нет запрета. Фиата простая, своя навсегда, Смех её звонкий, как песня ручья. Смеётся она, живая, как мечта, В глазах у неё— глубина моря волна. Мимолётно в потоках слов сказано мне, Что классика — страсть её на земле. Не громко, не важно, просто факт рассказыван, Как будто известно без всяких тайн сказано. Сначала проста, но вовремя ожила, И в разговоре изысканность проявила.