Взглянул на экран — и сердце стальное Злодея пленило в сиянье теней, Но образ его, хоть и преступный, В вуаль облекал новых тайн и страстей. Сценарий ненастья, игра безупречна, Пронизывает душу актёрское мастерство, И в этом искусстве, несомненно, Открылась мне нежность, а с ней волшебство. Любовь к антигерою таяла тихо, В актёре нашла я сокрытую светочь: За маской холодной добро между строк — Я в нём открываю вновь нежный поток.