На исходе терпения, струны дрожат, Сильной женщиной в доме уже не восхищаться, Двадцать три года, семья — в вечности взгляд, А как будто лишь тень, что блекнет под солнцем. Взвесила годы, дни и мечты, Но равнодушье — холоднейший из морей. Была сталью, опорой, светом и щитом, Теперь же в глазах — лишь пустой водоем. Но сердце, хоть ранимо, знает цена, Той любви, что огонь изнутри согревал, Порою сильнее всего — тишина, Для новой зари и нового начала.