В багровом зареве, где тень легла густо,Мир гибнет в пепле, злобе и безумстве.Машин война, бездушный, хладный лик,Надежды нет, лишь смерти скорбный крик.За воду, хлеб, за крохи бытия,Брат брата предал, Бога не стыдя.Эпидемий смерч, безжалостный, слепой,Косит людей, неслышен плач людской.На Марс бегут, спасти хоть что-то,Но рок настиг, и кончилась охота.Ядерный взрыв, в безмолвии ночном,Сжигает все, и пепел правит всем.Угасла жизнь, как догорев свеча,Лишь эхо муки, что в просторах мчит.И верующие, в сердце боль храня,К Богу взывают, среди звездных дня.Им ветер шепчет о конце пути,И Космос дремлет, не желая мстить.На мертвой почве, в звездном забытьи,Лишь вера светит, в Божьей же любви.
Изменить фон стихотворения
В багровом зареве, где тень легла густо,
Мир в пепле тонет, в безумстве и злобе.
Безмолвный вой машин, бесчувственный и хладный,
Скорбит, и крик пустой летит над нами жадно.
За воду, хлеб, за жизнь — предательский удар,
Брат брата предал, и не стыдится лгать.
Слепая эпидемия смерчем разит,
Со стоном людским, что бесшумно дрожит.
На Марс бегут, в надежде спастись,
Но рок пришёл, и охота кончилась здесь.
Ядерный взрыв в ночной тишине,
Сжёг всё, и пепел ваш правит вовне.
Угасла жизнь, как тает свеча,
Эхо муки мчится вдаль нескончаем.
Верующие с болью в сердце взывали,
К Богу средь звёздного дня возвышали.
Им ветер шепчет о конце пути,
Космос дремлет, мстить не спешит.
На мёртвой почве, в звёздном забытьи,
Светит лишь вера, в Божьей любви.