Во мраке толпы, как гиен стая, Слова обманчиво сладки в гуще теней, Лишь пророка глаз истины касая, Но закрыты глаза у людей. Слова пророческие давятся мусором, Под маской добра скрыта ложь. И сколько угодно рвутся на куски, Кулаки за истину не сложь. В аду мы живём, в чем же сомненье, Накидывая призму своих страстей. В отчаянной схватке в тисках забвенья, За Христа стоять — тяжесть страшней. Из сердец отзывается боль истерикой, Завлекут во тьму, в свой личный ад. Чужая спина дороже родной, Но не сломайся, будь же силен, брат.