Окно распахнуто, и воздух, тяжёлый от мыслей ночных, струится в безмолвии, как река подо льдом, танцует серым свечением дней, я смотрю на крышу, сквозь неё, в безграничный чердак, где свет пробирается сквозь дырявый потолок, и, словно в орбитационном пространстве, мы мысли связали узлами из воспоминаний — как шаги на перила в безлюдном вагоне, где тени играют без остановки на стёклах окон под светом мерцающей лампы и, ничем не задушенный, воздух уносит нас в неизведанные уголки себя, к частям, что дремлют внутри, в ожидании касания луча, и группа звезд на небосводе напоминает мне о том, что из хаоса рождаются иные миры, живущие в такт дыханию и стуку сердца, порой сбивающемуся в неточности, давая дыхание новому созвездию мыслей, и мне всё равно, можно ли это объяснить, как шум рек или зелёные пшеницы, растянутые шершавым полотном на горизонте, где утро всегда бывает чуть позже, чем ожидалось, но зато время здесь обнимает теплее, чем простынь, и хочется исчезнуть в этом мгновении, не спрашивая вопросов, не требуя ответов, только лишь слушая шепот ветра, там, где имя моё спуталось с дождём.