На гранях сна, где тайны бродят нежно, Викладач тихо у окошко смотрит вдаль, Там образы — мечты, как свет безбрежный, И средь них Наташа — чарующая даль. В сновидениях она плывет, как лилия, Влекома невидимым потоком дум, Но знает он — запретная идиллия, Весом моральных уст — невидимый зажим. Вращает к ночи мельницу воображений, Но разум твёрд — нельзя, не тот удел. Себя он обнадежит отражением, Что истина важней любых телесных дел.