О, нежность лет уж тридцать каждый миг, Сквозь призму дней влюблённого томленья, В ответ она дарила мне свой крик, Что любит, как волна, без заблужденья. Но счастья злато вывел я из рук, Ошибкой лгущей, сам себя тревожа, Теперь же слышу: "Больше не могу", И сердце рвётся, сокрушается доска. Тоска, печаль — мои теперь друзья, Их шёпот режет будто бритой линией, Любовь ушла, но в памяти, любя, Я буду с нею вечно, в каждой синей.