Март перестал мне нравиться с годами, А снег и лёд — лишь в тёмных снах мерцают. Ручьи журчат, но в сердце тишина, Трещат дрова в камине, исчезая. До горизонта свет немного серый, Огня весны не видно за туманом. Порой лишь робкий луч пробьётся смело, Озаряя день узором иным. Напомним марту, как был он раньше светел, И как его мы ждали, словно чуда. Тоску развеем краской на холсте, И годы, может, память не забудет.