Пятница. Ночь. Мы на кухне втроём. Чай остывает, нетронутый нами. Взрыв за окном — и уже не о том, Как мы устали, молчим над столами. Там ещё утром впускали рассвет, Хлеб доставали, бранились спросонок. Дом — это место, где выключат свет, Чтобы спокойно уснул их ребёнок. Совесть без стука садится к столу. Ложку кладём ей. Подвинемся ближе. Кто-то смеётся — и смотрит во мглу, Будто погибшие всё это слышат. Пять лет мы учимся петь вполголоса, Словно бы громче — прибавить вины. Можно ли радость? Не знаю. Но волосы Глажу твои посреди этой тьмы.