В то мгновенье, когда думы мраком Окутали разум мой, я боялась, Что яростью объятой стану, И тишину неведомую нарушу. Кассиопеей стала бы в той тишине, Разрываясь в гневе, от страха спасаясь, Тающий взгляд и слово в горле комом, Боюсь обезуметь от теплоты. Как юна я была в те дни! Сердце в скачке, готова к побегу, Трепещет душа под натиском голоса Молись и терпи, о сын Аллаха. Сердце вырывается наружу, Стекает по грудной клетке, Тишина раздается глухим звоном, Страх сжимает душу в кольцах. Глаза твои карие, бездонные, Кто-то скажет — обычные, Но забыть их не могу. И что мне ещё воспевать? Ассортимент паршивых чувств, Смесь ядовитых страданий, Только тихое пение птиц Собеседником мне станет. Внутренности перевернулись кувырком, Пульс выбивает виски усталостью.