Ещё до слов я слышу, чем молчат, Вхожу — и кожей чувствую ненастье. Тела уже касается разлад, А разум только ищет объясненье. С тех детских лет настроена струна На чьё-то «всё нормально» сквозь усталость. Не быть хорошей — выжить я должна Была, пока по паузам спасалась. Я различаю в воздухе сердец И скрытый страх, и сдержанное пламя. Но я — не дом для всех чужих сердец, Не берег, что обязан стать морями. Теперь учусь: вот боль — она не вся моя. Вот мой покой. Его не нужно стыдиться. Не слабость — эта тонкость бытия, А глубина, в которой можно жить, Не утонув. И за себя вступиться.